Меня зовут Владислав Литвинко. Мне 48 лет. Я отец двоих детей - Марии (24 года) и Владимира (18 лет). Моя жена - Ирина. До сентября 2023 года мы жили в Сочи, Россия.
Я вынужден просить политическое убежище в США, потому что моя семья и я подвергались преследованию со стороны российских властей из-за нашей антивоенной позиции.
Это был день, когда Россия вторглась в Украину. Я был в шоке. Я не мог поверить, что моя страна начала войну против соседей. В тот же день я узнал, что в Уфе (я там был по работе) организуется антивоенный митинг.
Моя дочь Мария тоже была в Уфе в тот момент. Она студентка, и она тоже была против войны. Мы оба решили пойти на мирный протест.
Меня схватили полицейские, когда я держал плакат "Нет войне!". Марию схватили рядом со мной. Нас обоих доставили в участок.
В участке нас допрашивали отдельно. Меня спрашивали:
Я отвечал, что я пришел по своей воле, потому что я против войны. Это мое мнение.
Нас продержали до 18:00, потом отпустили с предупреждением. Полицейский сказал: "Больше не приходите на эти митинги. Мы вас запомнили."
С этого момента я понял, что мы в базе данных полиции как "протестующие". Но я не знал, насколько серьезными будут последствия.
Это произошло на следующий день после объявления мобилизации в России (19 сентября 2022).
Утром 20 сентября в мою квартиру в Сочи пришли двое полицейских. Они сказали, что это "рутинная проверка". Но я понял, что это не случайность - они пришли именно после мобилизации.
Полицейские спросили про мой ноутбук. Они сказали: "Нам нужно проверить ваш компьютер на экстремистские материалы."
Я отказался добровольно отдавать ноутбук, но они сказали, что могут получить ордер и тогда будет хуже. Я отдал ноутбук.
Полицейский сказал: "Мы вернем через неделю после проверки."
Ноутбук так и не вернули. Никогда. Я пытался звонить в участок, но мне говорили "проверка продолжается". Потом просто перестали отвечать.
На том ноутбуке были мои личные фотографии, документы, переписка. Я понял, что они изучают мою жизнь, ищут "доказательства" против меня.
Я также понял, что полиция продолжает следить за нами из-за задержания в Уфе.
Это был самый страшный день в нашей жизни. Это событие заставило нас бежать из России.
Утром 18 июля мне позвонили из полиции и сказали: "Приходите в участок с женой и детьми. Всей семьей. Нужно уточнить ваши данные."
Я понял, что это плохо, но что я мог сделать? Если не прийти, они бы пришли сами.
В 14:00 мы все четверо пришли в участок: я, Ирина, Мария и Владимир.
Нас сначала завели всех в одну комнату. Потом разделили.
Меня завели в отдельную комнату, где было трое полицейских. Один из них начал кричать:
Это была критическая фраза. Она показывает, почему нас преследовали - из-за нашего политического мнения против войны.
Я сказал: "Мы просто высказываем свое мнение. Это не преступление."
После этого меня ударили. Я не ожидал физического насилия. Они били меня по лицу, по телу. Я пытался защищаться, но их было трое.
Потом один из полицейских сказал:
Это была прямая угроза отправить меня на войну. Я понял, что они могут это сделать - в России сейчас ловят людей на улицах и отправляют на фронт.
Потом меня привели обратно в общую комнату, где была вся семья. Там полицейский обратился к Марии и сказал:
Это была угроза посадить мою дочь в тюрьму. Маше было 23 года. Она плакала.
Моя жена Ирина тоже подверглась психологическому давлению. Владимира тоже запугивали.
Около 18:00 нас отпустили. Нам сказали: "Мы за вами следим. Вся семья у нас на заметке."
Когда мы вернулись домой, я сказал семье: "Мы должны уехать из России. Немедленно."
Я понял:
С этого дня я начал планировать побег.
В начале сентября 2023 я заметил, что над нашим домом в Сочи летают дроны. Каждый день. Утром и вечером.
Это была слежка. Они следили за нами.
Потом, в середине сентября, мне вручили официальную повестку явиться в ФСБ (Федеральная служба безопасности) 2 октября 2023 года.
ФСБ - это не просто полиция. Это спецслужба. Если они вызывают, это означает серьезные обвинения. Возможно, "государственная измена" или "дискредитация армии" (статья 207.3 УК РФ).
Я понял, что если я приду в ФСБ 2 октября, меня либо арестуют, либо отправят на фронт.
Я принял решение: Мы уезжаем НЕМЕДЛЕННО.
У меня было 2 недели до 2 октября.
18 сентября 2023 года мы покинули Россию.
В январе 2024 года я подал форму I-589 (заявление на убежище) за всю семью. Я - главный заявитель. Ирина, Мария и Владимир - производные заявители.
Если я вернусь в Россию, меня ждет:
Я не могу получить защиту от российского государства, потому что САМО ГОСУДАРСТВО (полиция, ФСБ) меня преследует.
Мое преследование основано на моем политическом мнении против войны России в Украине.
Полиция ПРЯМО СКАЗАЛА:
"Так вы всей семьей занимаетесь дискредитацией нашей армии?"
Эта фраза - прямое доказательство того, что нас преследуют "on account of" (на основе) политического мнения (INA § 101(a)(42)).
Я Владислав Литвинко. Я отец, муж, гражданин России, который просто высказал свое мнение против войны.
За это меня:
Я бежал из России, чтобы спасти себя и свою семью.
Я прошу политическое убежище в США.
Signed: Vladislav Litvinko
Date: January 2024
A-Number: A-246-336-286
My name is Vladislav Litvinko. I am 48 years old. I am the father of two children - Mariia (24 years old) and Vladimir (18 years old). My wife is Irina. Until September 2023, we lived in Sochi, Russia.
I am forced to seek political asylum in the USA because my family and I were persecuted by Russian authorities due to our anti-war position.
This was the day Russia invaded Ukraine. I was in shock. I couldn't believe my country was starting a war against neighbors. That same day, I learned that an anti-war protest was being organized in Ufa (I was there for work).
My daughter Mariia was also in Ufa at that time. She is a student, and she was also against the war. We both decided to go to the peaceful protest.
Police officers grabbed me when I was holding a sign saying "No to War!". They grabbed Mariia next to me. We were both taken to the police station.
At the station, we were interrogated separately. They asked me:
I answered that I came of my own will because I am against war. This is my opinion.
They held us until 6:00 PM, then released us with a warning. A police officer said: "Don't come to these protests anymore. We've memorized you."
From that moment, I understood that we were in the police database as "protesters." But I didn't know how serious the consequences would be.
This happened the day after the mobilization was announced in Russia (September 19, 2022).
On the morning of September 20, two police officers came to my apartment in Sochi. They said it was a "routine check." But I understood this was no coincidence - they came specifically after mobilization.
The police asked about my laptop. They said: "We need to check your computer for extremist materials."
I refused to voluntarily give up my laptop, but they said they could get a warrant and then it would be worse. I gave them the laptop.
The police officer said: "We'll return it in a week after checking."
The laptop was never returned. Never. I tried calling the station, but they told me "the check is continuing." Then they simply stopped answering.
That laptop had my personal photos, documents, correspondence. I understood they were studying my life, looking for "evidence" against me.
I also understood that police continued to monitor us because of the detention in Ufa.
This was the scariest day of our lives. This event forced us to flee Russia.
On the morning of July 18, police called me and said: "Come to the station with your wife and children. The whole family. We need to verify your data."
I understood this was bad, but what could I do? If I didn't come, they would come themselves.
At 2:00 PM all four of us came to the station: myself, Irina, Mariia, and Vladimir.
They first brought us all into one room. Then separated us.
I was brought into a separate room where there were three police officers. One of them started shouting:
This was a critical phrase. It shows why we were persecuted - because of our political opinion against the war.
I said: "We are just expressing our opinion. This is not a crime."
After that, they hit me. I didn't expect physical violence. They beat me in the face, in the body. I tried to defend myself, but there were three of them.
Then one of the police officers said:
This was a direct threat to send me to war. I understood they could do this - in Russia now they catch people on the streets and send them to the front.
Then they brought me back to the common room where my whole family was. There, a police officer addressed Mariia and said:
This was a threat to put my daughter in prison. Masha was 23 years old. She was crying.
My wife Irina was also subjected to psychological pressure. Vladimir was also intimidated.
Around 6:00 PM we were released. They told us: "We're watching you. Your whole family is on our radar."
When we returned home, I told my family: "We must leave Russia. Immediately."
I understood:
From that day, I began planning our escape.
In early September 2023, I noticed drones flying over our house in Sochi. Every day. Morning and evening.
This was surveillance. They were watching us.
Then, in mid-September, I was served an official summons to appear at the FSB (Federal Security Service) on October 2, 2023.
FSB is not just police. This is a special service. If they summon you, it means serious charges. Possibly "treason" or "discrediting the army" (Article 207.3 of the Criminal Code of the Russian Federation).
I understood that if I come to the FSB on October 2, they will either arrest me or send me to the front.
I made a decision: We are leaving IMMEDIATELY.
I had 2 weeks until October 2.
On September 18, 2023, we left Russia.
In January 2024, I filed Form I-589 (asylum application) for the whole family. I am the principal applicant. Irina, Mariia, and Vladimir are derivative applicants.
If I return to Russia, I face:
I cannot receive protection from the Russian state because THE STATE ITSELF (police, FSB) is persecuting me.
My persecution is based on my political opinion against Russia's war in Ukraine.
Police DIRECTLY SAID:
"So your whole family is involved in discrediting our army?"
This phrase is direct proof that we are persecuted "on account of" political opinion (INA § 101(a)(42)).
I am Vladislav Litvinko. I am a father, husband, citizen of Russia who simply expressed his opinion against war.
For this I was:
I fled Russia to save myself and my family.
I request political asylum in the USA.
Signed: Vladislav Litvinko
Date: January 2024
A-Number: A-246-336-286